прочитайте текст и напишите развернутый ответ на вопрос: Опишите чувства , возникшие у вас после прочтения текста.
О Чехове сказано как будто всё. Но пока ещё мало сказано о том, что
оставил Чехов нам в наследство в наших характерах и как Чехов своим
существованием определил сегодня жизнь тех, кому он дорог. Почти ничего не
сказано о «чувстве Чехова» – всегда живого и милого нам человека, о чувстве
сильном и благородном.
И вот я решил статьи не писать, а обратиться к своим записям. Может
быть, там где-нибудь и проскользнёт то «чувство Чехова», которое я не могу
ещё точно определить. Записи эти очень короткие. Например: «1950 год. Я
один в доме. Мохнатая собачка лает внизу. По традиции её зовут Каштанкой».
Память получила лёгкий толчок и начинает восстанавливать прошлое.
Это было осенью 1950 года. Я пришёл в ялтинский дом Чехова к Марии
Павловне. Её не было, она ушла куда-то по соседству, а я остался ждать её в
доме. Старая работница провела меня на террасу. Стояла та обманчивая и
удивительная ялтинская осень, когда нельзя понять, доцветает ли весна или
расцветает прозрачная осень. Горел на солнце во всей своей девственной
белизне куст каких-то цветов. Цветы уже осыпались от каждого веяния или,
вернее, дыхания воздуха. Я знал, что этот куст был посажен Антоном
Павловичем, и боялся прикоснуться к нему, хотя мне и хотелось сорвать на
память пусть самую ничтожную веточку. Наконец я решился, протянул руку к
кусту и тотчас же отдёрнул её: снизу, из сада, на меня залаяла мохнатая рыжая
собачка по имени Каштанка. Она отбрасывала задними лапами землю и лаяла
совершенно так, как описывал это Чехов. Я невольно рассмеялся. Собачка села,
расставила уши и прислушалась. Солнце просвечивало её жёлтые добрые глаза.
Было тихо, тепло. Синий солнечный дым поднимался к небу со стороны
моря, как широкий занавес, и за этим занавесом мощно и мужественно
протрубил пароход. Я услышал в комнатах голос Марии Павловны, и вдруг у
меня сердце сжалось с такой силой, что я с трудом сдержал слёзы. О чём? О
том, что жизнь неумолима, что хотя бы некоторым людям, без которых мы
почти не можем жить, она должна бы дать если не бессмертие, то долгую
жизнь, чтобы мы всегда ощущали у себя на плече их лёгкую руку. Я тут же
постарался отогнать эти мысли, но горечь не проходила. Разум говорил одно, а
сердце – другое. Мне казалось, что в то мгновение я отдал бы половину своей
жизни, чтобы услышать за дверью спокойные шаги и покашливание давным давно ушедшего отсюда хозяина этого дома.
Давным-давно! Со дня его смерти прошло сорок шесть лет. Этот срок
казался мне одновременно и ничтожным, и невыносимо огромным. Пришла
Мария Павловна, заговорила о Левитане, рассказала, что была влюблена в него,
и, рассказывая, покраснела от смущения, как девочка. Сам не знаю почему, но,
выслушав Марию Павловну, я сказал:
— У каждого, должно быть, была своя «Дама с собачкой». А если не
было, то обязательно будет. Мария Павловна снисходительно улыбнулась и
ничего не ответила.
объем текста 120 слов