profile

Опубликовано 6 лет назад по предмету Русский язык от fdgdsgrshstgergedrg

ПОМОГИТЕ ПОЖАЛУЙСТА РАССТАВЬТЕ ПРАВИЛЬНО ЗНАКИ ПРЕПИНАНИЯ СРОЧНО!!!

Старший лейтенант Шмагин служил вторым штурманом на военном самолете. Как обычно, самолёт вылетел на очередное боевое дежурство в районе Белого моря поздним вечером. В тот промозглый сентябрьский день море с утра штормило. В своей небольшой кабинке штурман Шмагин следил за циферблатами приборов с которыми кажется успел сродниться за долгие томительные часы полета. Неожиданно, в наушниках шлемофона лейтенант услышал резкий, напряженный голос командира экипажа: «Штурман, приготовиться покинуть самолет!»

Гашетку катапульты Шмагин нажал одновременно с приказом покинуть самолет. Вместе с креслом штурман вылетел в ночную звездную тишь с силой оттолкнулся от кресла и услышал хлопок раскрывшегося парашюта остановившего падение. Перед входом в воду лейтенант успел развернуться по ветру но всё же сильно ударился о воду и почувствовал себя оглушенным.

на Шмагине была полная экипировка куртка лётный комбинезон шерстяной костюм под ним спасательный жилет ботинки и шлемофон. Из-за аварийной укладки лейтенант выдернул в четверо сложенную спасательную лодку привел в действие механизм её надува и борясь с волнами забрался в лодку. Ветер и огромные волны гнали лодку к берегу но к сожалению неоднократно переворачивали её вынуждая лейтенанта вновь и вновь взбираться в неё из холодного бушующего моря

Через 6 часов напряженной гребли и борьбы с волнами Шмагин увидел перед собой широкую полосу пенящихся волн берегового прибоя ещё час ушёл у него на преодоление этого хоть и последнего но самого трудного препятствия
На берегу лётчик понял что не может даже подняться. Тогда он пополз в сторону маяков и примерно через километр увидел рыбацкий домик. Там были люди которые доставили лётчика в госпиталь. В госпитале к изумлению врачей выяснилось что Шмагин абсолютно здоров и даже не простудился

  1. Ответ
    Ответ дан UlyanaXXX
    Старший лейтенант Шмагин служил вторым штурманом на военном самолёте. Как обычно, самолёт вылетел на очередное боевое дежурство в районе Белого моря поздно вечером. В тот промозглый сентябрьский день море с утра штормило. В своей небольшой кабинке штурман Шмагин следил за циферблатами приборов, с которыми, кажется, успел сродниться за долгие томительные часы полёта. Неожиданно в наушниках шлемофона лейтенант услышал резкий напряжённый голос командира экипажа : «Штурман, приготовиться покинуть самолёт!» Гашетку катапульты Шмагин нажал одновременно с приказом покинуть самолёт. Вместе с креслом штурман вылетел в ночную звездную тишь, с силой оттолкнулся от кресла и услышал хлопок раскрывшегося парашюта, остановившего падение. Перед входом в воду лейтенант успел развернуться по ветру, но все же сильно ударился о воду и почувствовал себя оглушённым.
    На Шмагине была полная экипировка: куртка, лётный комбинезон, шерстяной костюм, под ним - спасательный жилет; ботинки и шлемофон. Из-за аварийной укладки лейтенант выдернул вчетверо сложенную спасательную лодку, привёл в действие механизм ее надува и, борясь с волнами, забрался в лодку. Ветер и огромные волны гнали лодку к берегу, но, к сожалению, неоднократно переворачивали ее, вынуждая лейтенанта вновь и вновь взбираться в неё из холодного бушующего моря.
    Через шесть часов напряженной гребли и борьбы с волнами Шмагин увидел перед собой широкую полосу пенящихся волн берегового прибоя, ещё час ушёл у него на преодоление этого, хоть и последнего, но самого трудного препятствия.
    На берегу лётчик понял, что не может даже подняться. Тогда он пополз в сторону маяков и примерно через километр увидел рыбацкий домик. Там были люди, которые доставили летчика в госпиталь. В госпитале, к изумлению врачей, выяснилось, что Шмагин абсолютно здоров и даже не простудился.

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы добавить ответ или свой вопрос на сайт


Другие вопросы
Шалаш
Другие предметы - 1 год назад

Пытался написать сочинение по егэ по русскому не могу понять как,написать хотелось бы пример увидеть по этому тексту. (1)в солнечный день я приехал в старинный посёлок гусь-железный полюбоваться на озеро, искупаться, поплавать в нём. (2)доехал до речки, поднялся на бугор, глянул и... (3)о ужас! (4)нет озера. (5)по широкой впадине, окаймлённой дальней опушкой бывшего прибрежного леса, текла, извиваясь, узкая, местами пересыхающая речушка. (6)и старинной плотины, высокой, кирпичной, с чугунными шлюзами, в тёмных казематах которой, по преданию, разбойная братия чеканила фальшивые деньги, тоже не было. (7)шлюзы, регулировавшие сток, убрали, засыпали – и затянуло озеро тиной да ряской. (8)на месте этом проходила теперь обыкновенная дорожная насыпь; дорога делала крутой поворот, огибала белый двухэтажный барский дом, похожий на длинную казарму, заломанный чахлый парк и снова вырывалась на простор. (9)главный врач детского санатория, размещённого в барском доме, показал мне давние фотографии этого исчезнувшего озера, высокой кирпичной плотины, торговых рядов с доисторическими портиками, он водил по внутренним покоям огромного дома, заново перегороженного, приспособленного для иных надобностей. (10)переделка и ремонт когда-то выполнены были наспех: половицы скрипят и хлябают под ногами, двери перекошены, в оконные рамы задувает свежий ветерок. – (11)сохранилась хоть одна комната от давнего времени? – спросил я. – (12)с полами, дверями и окнами? – (13)полы, двери и прочее – всё порастащили. (14)а вот стены и потолок сохранились в одном месте. (15)идёмте, покажу. (16)он ввёл меня в зал, кажется, в теперешнюю столовую, с белыми строгими пилястрами, с лепным потолком. – (17)полы здесь были, говорят, из наборного паркета, двери из орехового дерева с бронзовой инкрустацией, люстра позолоченная висела. – (18)жалко, – говорю, – что не сохранилось всё это. – (19)о чём жалеть? (20)архитектурной ценности этот дом не имеет, – сказал доктор. (21)я взглянул на него с удивлением. (22)не шутит ли? (23)нет, смотрит прямо в глаза, даже с каким-то вызовом. (24)задиристый хохолок на лысеющем лбу топорщится, как петушиный гребешок. – (25)как не имеет ценности? – говорю. – (26)это ж дом! (27)большой, крепкий, красивый, полный когда-то дорогого убранства. – (28)барские покои, и больше ничего. (29)таких в россии тысячи. – (30)так ведь и народу нашему пригодились бы такие покои. – (31)людям нашим нужны другие ценности. (32)вы ещё храм пожалейте. (33)теперь это модно. – (34)а что, не жаль храма? – (35)и храм цены не имеет. (36)архитектура путаная. (37)специалисты приезжали, говорят – эклектика. (38)потом, правда, всё-таки восстановили храм этот. – (39)и парка не жаль? – (40)парк – природа, и больше ничего. (41)в одном месте убавилось, в другом прибавилось. (42)в любую минуту его насадить можно. (43)мы стояли возле окна, внизу под нами раскинулся обширный посёлок. – (44)смотрите, – говорю, – сколько домов. (45)приличные дома, большинство новых. – (46)здесь живёт в основном торговый люд, кто чем торгует, работы хватает. – (47)вот и хорошо, – говорю. – (48)увеличился посёлок за полвека? – (49)увеличился. – (50)а теперь подумайте вот о чём: раньше, ну хоть ещё в тридцатые годы, здесь меньше жило народу, но успевали не только свои рабочие дела делать. (51)ещё и плотину чинили, озеро в берегах держали и парк обихаживали. (52)а теперь что ж, времени на это не хватает или желания нет? – (53)а это, – говорит, – знакомый мотив. (54)это всё ваше писательское ворчание. (55)что озеро спустили – это вы заметили. (56)что над каждой крышей телевизионная тарелка поставлена – этого вы не замечаете. (57)спорить с ним трудно, почти невозможно: доводы ваши он не слушает, только глаза навострит, тряхнёт головой и чешет без запинки, как будто доклад читает… – (58)есть писатели-патриоты. (59)их книги читают, фильмы по книжкам их смотрят наравне с футболом и хоккеем, потому что яркие, незабываемые образы. (60)а есть писатели-ворчуны, которые всем недовольны. (61)и всё им что-то надо. (62)вот одного такого лечили, а он нас же, медиков, опозорил в своём последнем сочинении. (63)за что, спрашивается? (64)да, не раз вспомянешь в дальней дороге бессмертного писателя земли русской николая васильевича гоголя: «россия такая уж страна – стоит высмеять одного околоточного надзирателя, как вся полиция обидится».