profile

Опубликовано 6 лет назад по предмету Литература от sabina11780

краткое содержание повести заколдованная принцесса Быков​

  1. Ответ
    Ответ дан mrdoctoc5

    Ответ:

    Родители были в отчаяньи, всю ночь они искали ее и, не найдя, плакали, обняв друг друга. Однако уже на следующее утро они обнаружили ее на лужайке у дома, поющую и веселую.

    – Мама, – сказала девочка. – Я хочу любить!

    – Но тебе еще рано, – сказала смущенная королева.

    – Надо немного подрасти, – сказал король.

    – Сколько надо ждать? – серьезно спросила Дионелла.

    – Годы проходят быстро, – ответила королева.

    – Го-о-оды? – ужаснулась девочка. – Ни за что! Завтра же я вырасту.

    Она снова пропала на ночь, а ранним утром явилась прекрасной юной девушкой. При этом она была так хороша, нежна и обаятельна, что счастью родителей не было предела.

    Той же весной Дионелла была объявлена невестой. Со всех сторон посыпались предложения руки и сердца от самых прекрасных и знатных юношей. Однако гордая красавица поставила условие: кто посватается к ней, должен провести с ней один день, чтобы она могла испытать его и решить, достоин ли он стать ее мужем.

    Со всеми женихами Дионелла была разной, но всегда искренней и внимательной. Она умела понять и оценить каждого, разглядеть его достоинства и показать свое одобрение. Иногда перед заходом солнца Дионелла едва слышно произносила томное «да» и могла даже позволить поцеловать себя. Но как только солнце клонилось к закату, она начинала издеваться над новым женихом, выказывая ему презрение и раскрывая перед ним все его недостатки и пороки. И самым ужасным было то, что она опять-таки говорила чистую правду, ибо в любом человеке всегда есть и хорошее и плохое. Она умела издеваться даже над достоинствами женихов и бывала в этом весьма убедительной:

    – Ты так красив, – говорила она прекрасному юноше. – Хочется без конца любоваться тобой, но женщина ищет того, кто будет любоваться ею.

    – Я выколю себе глаза, изрежу лицо, сделаюсь уродом! – в отчаянье говорил юный красавец.

    – Уродом? – морщилась Дионелла. – Но урод, чтобы его любили, должен быть великим, а какой же великий может отказаться от своего предназначения ради женской юбки?

    И было похоже, что отчаянье жениха весьма радовало невесту.

    – Ты так добр, ты просто святой! – говорила она другому и, помолчав, добавляла: – Но святые должны быть мертвыми, иначе они требуют поклонения и становятся тиранами.

    День за днем Дионелла наслаждалась столь притягательными для девического сердца занятиями: знакомством, невинной встречей глаз, случайным прикосновением рук, молчанием или беседой, полными особого, понятного только двоим смысла. Но вечером, перед тем, как исчезал последний луч солнца, она отказывала очередному жениху и даже могла потребовать, чтобы тот лишил себя жизни:

    – Ты говорил, что любишь и не можешь жить без меня? Если ты не лгал – я буду ждать тебя с первым лучом солнца – а ты вон с той скалы можешь кинуться в пучину. До утра, мой верный рыцарь! – шептала девушка, обливаясь слезами и награждая смятенного юношу соленым прощальным поцелуем.

    И она приходила с первым лучом солнца.

    И видела, как кидаются со скалы несчастные влюбленные.

    И многим прекрасным молодым людям день, проведенный с нею, стоил жизни.

    Когда кто-то из женихов отказывался лишить себя жизни и старался побыстрей уехать от греха подальше, она веселилась и хохотала до слез. Когда же влюбленный юноша выполнял ее злую волю, златокудрая красавица, глядя на его гибель, мрачнела и задумывалась, по ее щеке сбегала быстрая слеза. Девушка в отчаянье бежала по берегу, сама готовая броситься в волны, но с последним лучом солнца она неизменно исчезала. И так каждую ночь.

    Шли месяцы, и Дионелла никому не давала своего согласия на брак. Казалось, что она растет несносной и злой. Какая-то тайна окружала ее, но даже королева ничего не могла выведать у дочери и, сколько ни старалась, ни о чем не могла догадаться.

    Однажды, оставшись наедине с Дионеллой, королева спросила:

    – Куда ты пропадаешь ночью?

    – Никогда не спрашивай меня об этом! – ответила девушка, и лицо ее исказилось, будто от боли.

    Никто так и не узнал, куда она пропадает на ночь. Иногда видели, как перед заходом солнца девушка бежала в горы и исчезала в зарослях у ручья или среди камней. След ее неожиданно исчезал, и нигде не было никаких признаков ее пребывания. Никому не приходило в голову, что Дионелла чаще всего проводила ночь в самóм замке, в сторожевой башне. Тяжелые дубовые двери, ведущие в башню, всегда были заперты, и мало кто помнил, что в башню можно было попасть по лестнице, скрытой в двухметровых стенах старого замка. По этой лестнице защитники крепости могли спуститься в подземный ход, а по нему выйти далеко за пределы замка через старый заброшенный колодец или через каменный завал у ручья. Войны в этих местах давно закончились, о подземном ходе никто уже не вспоминал, а в сторожевой башне хозяева хранили лечебные травы и коренья. Через старые бойницы с верхней площадки открывался прекрасный вид на окрестности. Из бойниц были сделаны узкие окна с цветными стеклами, отчего сторожевая башня потеряла свою суровость и стала уютной.

    Объяснение:

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы добавить ответ или свой вопрос на сайт


Другие вопросы
Шалаш
Другие предметы - 1 год назад

Пытался написать сочинение по егэ по русскому не могу понять как,написать хотелось бы пример увидеть по этому тексту. (1)в солнечный день я приехал в старинный посёлок гусь-железный полюбоваться на озеро, искупаться, поплавать в нём. (2)доехал до речки, поднялся на бугор, глянул и... (3)о ужас! (4)нет озера. (5)по широкой впадине, окаймлённой дальней опушкой бывшего прибрежного леса, текла, извиваясь, узкая, местами пересыхающая речушка. (6)и старинной плотины, высокой, кирпичной, с чугунными шлюзами, в тёмных казематах которой, по преданию, разбойная братия чеканила фальшивые деньги, тоже не было. (7)шлюзы, регулировавшие сток, убрали, засыпали – и затянуло озеро тиной да ряской. (8)на месте этом проходила теперь обыкновенная дорожная насыпь; дорога делала крутой поворот, огибала белый двухэтажный барский дом, похожий на длинную казарму, заломанный чахлый парк и снова вырывалась на простор. (9)главный врач детского санатория, размещённого в барском доме, показал мне давние фотографии этого исчезнувшего озера, высокой кирпичной плотины, торговых рядов с доисторическими портиками, он водил по внутренним покоям огромного дома, заново перегороженного, приспособленного для иных надобностей. (10)переделка и ремонт когда-то выполнены были наспех: половицы скрипят и хлябают под ногами, двери перекошены, в оконные рамы задувает свежий ветерок. – (11)сохранилась хоть одна комната от давнего времени? – спросил я. – (12)с полами, дверями и окнами? – (13)полы, двери и прочее – всё порастащили. (14)а вот стены и потолок сохранились в одном месте. (15)идёмте, покажу. (16)он ввёл меня в зал, кажется, в теперешнюю столовую, с белыми строгими пилястрами, с лепным потолком. – (17)полы здесь были, говорят, из наборного паркета, двери из орехового дерева с бронзовой инкрустацией, люстра позолоченная висела. – (18)жалко, – говорю, – что не сохранилось всё это. – (19)о чём жалеть? (20)архитектурной ценности этот дом не имеет, – сказал доктор. (21)я взглянул на него с удивлением. (22)не шутит ли? (23)нет, смотрит прямо в глаза, даже с каким-то вызовом. (24)задиристый хохолок на лысеющем лбу топорщится, как петушиный гребешок. – (25)как не имеет ценности? – говорю. – (26)это ж дом! (27)большой, крепкий, красивый, полный когда-то дорогого убранства. – (28)барские покои, и больше ничего. (29)таких в россии тысячи. – (30)так ведь и народу нашему пригодились бы такие покои. – (31)людям нашим нужны другие ценности. (32)вы ещё храм пожалейте. (33)теперь это модно. – (34)а что, не жаль храма? – (35)и храм цены не имеет. (36)архитектура путаная. (37)специалисты приезжали, говорят – эклектика. (38)потом, правда, всё-таки восстановили храм этот. – (39)и парка не жаль? – (40)парк – природа, и больше ничего. (41)в одном месте убавилось, в другом прибавилось. (42)в любую минуту его насадить можно. (43)мы стояли возле окна, внизу под нами раскинулся обширный посёлок. – (44)смотрите, – говорю, – сколько домов. (45)приличные дома, большинство новых. – (46)здесь живёт в основном торговый люд, кто чем торгует, работы хватает. – (47)вот и хорошо, – говорю. – (48)увеличился посёлок за полвека? – (49)увеличился. – (50)а теперь подумайте вот о чём: раньше, ну хоть ещё в тридцатые годы, здесь меньше жило народу, но успевали не только свои рабочие дела делать. (51)ещё и плотину чинили, озеро в берегах держали и парк обихаживали. (52)а теперь что ж, времени на это не хватает или желания нет? – (53)а это, – говорит, – знакомый мотив. (54)это всё ваше писательское ворчание. (55)что озеро спустили – это вы заметили. (56)что над каждой крышей телевизионная тарелка поставлена – этого вы не замечаете. (57)спорить с ним трудно, почти невозможно: доводы ваши он не слушает, только глаза навострит, тряхнёт головой и чешет без запинки, как будто доклад читает… – (58)есть писатели-патриоты. (59)их книги читают, фильмы по книжкам их смотрят наравне с футболом и хоккеем, потому что яркие, незабываемые образы. (60)а есть писатели-ворчуны, которые всем недовольны. (61)и всё им что-то надо. (62)вот одного такого лечили, а он нас же, медиков, опозорил в своём последнем сочинении. (63)за что, спрашивается? (64)да, не раз вспомянешь в дальней дороге бессмертного писателя земли русской николая васильевича гоголя: «россия такая уж страна – стоит высмеять одного околоточного надзирателя, как вся полиция обидится».