profile

Опубликовано 6 лет назад по предмету История от Katerina64

правление династии Антонинов называют?

  1. Ответ
    Ответ дан лука22
    Правление пяти принцепсов династии Антонинов (Нервы, Траяна, Адриана, Антонина Пия и Марка Аврелия) считается периодом стабильности Империи, временем устойчивой центральной власти. Большинство источников говорят о равновесии в социальной и политической сферах, которое положительным образом отразилось на государстве. Эпоха так называемого «золотого века» , наступившая после гражданских войн и террора, представляется временем, когда происходит трансформация системы принципата, переход её на более высокий уровень.
    Причина, почему именно это время рассматривается многими историками, как золотое время Римской империи, заключается в следующем. Старый республиканский принцип устройства государственной власти в Древнем Риме постепенно изживал себя. Этот принцип правления возник на самой ранней стадии развития римского общества после того, как плебеи (торговцы, ремесленники и вообще низы общества) сумели в жесткой политической борьбе с патрициями (старая аристократическая верхушка) добиться для себя равных политических прав. Это способствовало развитию демократических традиций в Риме, но одновременно ограничило возможности обращения в рабство граждан города. Если раньше в рабы мог попасть любой задолжавший и не имеющий шансов вернуть долг плебей, то после обретения равных с патрициями прав это было уже невозможно. Должник мог потерять все имущество, но свободу сохранял. Однако, невысокий уровень развития производительных сил того времени требовал постоянного притока рабской силы. И если нельзя было получить рабов внутри города, значит следовало их искать вне города. По этой причине Рим встал на путь постоянной агрессии против соседних народов. Постоянные войны для приобретения рабской силы из числа завоеванных соседних народов способствовали развитию военного дела и процветанию экономики. Но они же подрывали демократические основы государственного устройства города. Политическое влияние армии и удачливых полководцев постоянно росло. Солдаты привыкали зависеть от своего командира, а не от далекого и чуждого им римского Сената. В этой ситуации рано или поздно обязательно должен был наступить момент, когда наиболее удачливые полководцы попробуют захватить в свои руки верховную власть. И такие честолюбцы появились: это Марий, Сулла, Помпей, Красс и наконец Цезарь. Но захват власти и установка монархического строя правления в государстве с продолжительными демократическими традициями обязательно сопровождается тяжелыми гражданскими войнами: старый строй просто так не уходит. Для того, чтобы идея монархии прочно установилась в государстве, нужно чтобы она вначале прочно установилась в сознании большинства граждан государства. А для этого требуется много времени. Пока монархическая идея не овладела массами, всегда будут происходить попытки ее свержения. И значит, будут возникать постоянные заговоры, военные и политические потрясения. А вот когда она наконец становится господствующей, тогда эти потрясения кончаются: новое окончательно победило старое. И чисто исторически получилось так, что монархическая идея стала господствующей в римском обществе именно к началу правления Антонинов. Поэтому в их правление прекратились заговоры, потрясения и гражданские войны, постоянно терзавшие Рим в предшествующие времена. С другой стороны, к этому времени сильных соседей, способных угрожать существованию Рима, у империи уже не осталось. Поэтому внешняя угроза также исчезла. Неудивительно, что именно это время стало восприниматься современниками и их ближайшими потомками, как "золотое время" империи.
    1. Ответ
      Ответ дан лука22
      спасибки и лучший ответ поставь пожалуйста

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы добавить ответ или свой вопрос на сайт


Другие вопросы
Шалаш
Другие предметы - 1 год назад

Пытался написать сочинение по егэ по русскому не могу понять как,написать хотелось бы пример увидеть по этому тексту. (1)в солнечный день я приехал в старинный посёлок гусь-железный полюбоваться на озеро, искупаться, поплавать в нём. (2)доехал до речки, поднялся на бугор, глянул и... (3)о ужас! (4)нет озера. (5)по широкой впадине, окаймлённой дальней опушкой бывшего прибрежного леса, текла, извиваясь, узкая, местами пересыхающая речушка. (6)и старинной плотины, высокой, кирпичной, с чугунными шлюзами, в тёмных казематах которой, по преданию, разбойная братия чеканила фальшивые деньги, тоже не было. (7)шлюзы, регулировавшие сток, убрали, засыпали – и затянуло озеро тиной да ряской. (8)на месте этом проходила теперь обыкновенная дорожная насыпь; дорога делала крутой поворот, огибала белый двухэтажный барский дом, похожий на длинную казарму, заломанный чахлый парк и снова вырывалась на простор. (9)главный врач детского санатория, размещённого в барском доме, показал мне давние фотографии этого исчезнувшего озера, высокой кирпичной плотины, торговых рядов с доисторическими портиками, он водил по внутренним покоям огромного дома, заново перегороженного, приспособленного для иных надобностей. (10)переделка и ремонт когда-то выполнены были наспех: половицы скрипят и хлябают под ногами, двери перекошены, в оконные рамы задувает свежий ветерок. – (11)сохранилась хоть одна комната от давнего времени? – спросил я. – (12)с полами, дверями и окнами? – (13)полы, двери и прочее – всё порастащили. (14)а вот стены и потолок сохранились в одном месте. (15)идёмте, покажу. (16)он ввёл меня в зал, кажется, в теперешнюю столовую, с белыми строгими пилястрами, с лепным потолком. – (17)полы здесь были, говорят, из наборного паркета, двери из орехового дерева с бронзовой инкрустацией, люстра позолоченная висела. – (18)жалко, – говорю, – что не сохранилось всё это. – (19)о чём жалеть? (20)архитектурной ценности этот дом не имеет, – сказал доктор. (21)я взглянул на него с удивлением. (22)не шутит ли? (23)нет, смотрит прямо в глаза, даже с каким-то вызовом. (24)задиристый хохолок на лысеющем лбу топорщится, как петушиный гребешок. – (25)как не имеет ценности? – говорю. – (26)это ж дом! (27)большой, крепкий, красивый, полный когда-то дорогого убранства. – (28)барские покои, и больше ничего. (29)таких в россии тысячи. – (30)так ведь и народу нашему пригодились бы такие покои. – (31)людям нашим нужны другие ценности. (32)вы ещё храм пожалейте. (33)теперь это модно. – (34)а что, не жаль храма? – (35)и храм цены не имеет. (36)архитектура путаная. (37)специалисты приезжали, говорят – эклектика. (38)потом, правда, всё-таки восстановили храм этот. – (39)и парка не жаль? – (40)парк – природа, и больше ничего. (41)в одном месте убавилось, в другом прибавилось. (42)в любую минуту его насадить можно. (43)мы стояли возле окна, внизу под нами раскинулся обширный посёлок. – (44)смотрите, – говорю, – сколько домов. (45)приличные дома, большинство новых. – (46)здесь живёт в основном торговый люд, кто чем торгует, работы хватает. – (47)вот и хорошо, – говорю. – (48)увеличился посёлок за полвека? – (49)увеличился. – (50)а теперь подумайте вот о чём: раньше, ну хоть ещё в тридцатые годы, здесь меньше жило народу, но успевали не только свои рабочие дела делать. (51)ещё и плотину чинили, озеро в берегах держали и парк обихаживали. (52)а теперь что ж, времени на это не хватает или желания нет? – (53)а это, – говорит, – знакомый мотив. (54)это всё ваше писательское ворчание. (55)что озеро спустили – это вы заметили. (56)что над каждой крышей телевизионная тарелка поставлена – этого вы не замечаете. (57)спорить с ним трудно, почти невозможно: доводы ваши он не слушает, только глаза навострит, тряхнёт головой и чешет без запинки, как будто доклад читает… – (58)есть писатели-патриоты. (59)их книги читают, фильмы по книжкам их смотрят наравне с футболом и хоккеем, потому что яркие, незабываемые образы. (60)а есть писатели-ворчуны, которые всем недовольны. (61)и всё им что-то надо. (62)вот одного такого лечили, а он нас же, медиков, опозорил в своём последнем сочинении. (63)за что, спрашивается? (64)да, не раз вспомянешь в дальней дороге бессмертного писателя земли русской николая васильевича гоголя: «россия такая уж страна – стоит высмеять одного околоточного надзирателя, как вся полиция обидится».