почему  церковь  запрещала  рыцарские  туреиры

Легко представить себе средневековый турнир, имевший атмосферу современной ярмарки, объединенной со спортивным событием. Это наверняка было так, когда рыцарские турниры стали формализованными, но в самом начале подобные события были сродни проходившим битвам. Рыцари и их свиты с остервенением дрались между собой на городских и сельских улицах, при огромном риске нанесения серьезного увечья не только самим себе и другим, но и совершенно случайным зевакам и невинным местным жителям, чьи жизни совершенно не брались в расчет при таких побоищах. Церковники изначально запрещали рыцарские турниры, говоря о них как об увеселениях, «за которыми наблюдает дьявол». Уже в IX столетии римский папа Евгений предал их анафеме, и последующие папы старались запретить рыцарские турниры, заходя даже так далеко, что отлучали их участников от церкви. Однако проповеди обычно или не имели никакого успеха, или давали совершенно незначительный эффект. Легко понять, почему папы усматривали в рыцарских турнирах работу сатаны — ведь лучшие военачальники и воины погибали на поле рыцарских турниров. А это были именно те люди, которые если и должны были погибнуть, то, по мнению служителей церкви, исключительно в борьбе против неверных за освобождение Святых Земель.

Церковь постепенно выступала против организации рыцарских турниров, один за другим издавая указы про их отмуну в 1131 году, 1139 году и 1179 году. Но, сразу же за эдиктом 1193г. Папы Селестина Третьего последовало позволение короля Ричарда Первого на проведение военных состязаний. Рыцари, которые были убиты на турнире, не могли быть погребены с сохранение церковных обычаев. Однако и этот запрет можно было обходить: покойника одевали в монашескую одежду, как это делал в 1193 году Эстейс де Калкель. Папа Григорий Девятый огласил в 1228 году очередную буллу, которая запрещала проведение турниров, однако и она не имела действия. 

Папству было не по душе настроение, которое развивалось под влиянием турниров в среде баронов. Ранения и смерть, являвшиеся очень частыми следствиями турнирных состязаний, мешали Папе отдавать свои санкции на проведение таких мероприятий, однако были не единственной причиной для неодобрения религией таких состязаний. 
Более всего церковь боялась за судьбу душ, которые принимали активное участие в таких опасных сражениях. Состязавшиеся на турнире в Ньюсе говорили, что кричали демоны, которые пролетали над полем сражения в облике грифов и воронов. Проигравший на рыцарском турнире мог требовать необходимую сумму с подданных или так же, как Ульрих фон Лихтенштейн, заложить собственное имущество еврейским ростовщикам, для того, чтобы получить нужные для выкупа средства. Лорд Хомрнкурт все время закладывал собственные земли, чтобы у него была возможность принимать участие в турнирах, которые становились всё более и более дорогостоящим занятием. Для не богатых рыцарей оно стало бы вовсе невозможным, если бы не благосклонство крупных лордов, которые принимали гостей турниров за собственные деньги. 
Церковная власть, как и приближенные самого короля, часто применяли турниры в роле удобного случая, чтоб поймать совершившего преступление человека, злодеяние которого сложно было доказать. Вся высшая знать все время сопротивлялась признать, что приведение в жизнь церковных запретов является обязательным делом. Булла 1281г. была отменена непосредственно Папой Мартином Четвертым. А понтифик Клемент Шестой (1342 - 1352) разрешил организацию турниров в празднества в Лвигноне, при папском дворе. Церковь абсолютно справедливо переживала, что турниры станут провоцировать различные конфликты между борцами разных классов, которые будут призваны воевать плечом к плечу, для зашиты христианской идеологии, когда был крестовый поход. В самом же деле турниры, напротив, содействовали подготовке рыцарей к крестовым походам, также как это происходило в 1199 году в Экри и в 1251 году Тразегнизе.