profile

Опубликовано 6 лет назад по предмету История от MaxPisar

подскажите пожалуйста как жили люди в 19-м  веке?

  1. Ответ
    Ответ дан bender23
    Как жили в 19-м веке Давайте представим Москву-матушку начала 19-го века, когда излюбленными местами прогулок москвичей были вокзал, Тверской бульвар и Пресненские пруды. Бульвар тогда в Москве существовал один - Тверской, засаженный березками, позднее их заменили липами.

    На бульвар многие москвичи приходили каждый день. Аристократы гуляли, держа головные уборы под мышкой - мешала высокая прическа. Купцы и чиновный люд стояли рядами вдоль бульвара, не смешиваясь с аристократией. Богатые молодые люди ходили обыкновенно в очках, нередко сильно набеленные. нарумяненные и с насурьмленными бровями. У некоторых военных были искусственно увеличены плечи, чтобы казаться молодцеватее.

    При Екатерине II простые люди летом разгуливали по Москве в халатах или рубахах, а зимою носили тулупы. Отличительным нарядом женщины простого сословия было покрывало, которое называлось накидкою. В праздничные дни все женщины появлялись на улице - старые усаживались на скамейке у ворот судачить. Зимою женщины и мужчины катались на коньках, катались и на салазках с гор. В Китайгороде, позади Мытного двора, была устроена такая гора известным Ванькой Каином.

    Вечерами тешили бояр и богатых людей домашние песельники; рассказчики рассказывали сказки и прибаутки. Были в богатых домах свои шуты и шутихи, которые пустыми и нередко грубыми шутками и выходками веселили невзыскательных наших предков.

    Модными тогда были домашние театры, где играли крепостные люди и сами господа-любители. Среди прочих славились два театра графа Шереметева - в Кускове и Останкине, графа Орлова - под Донским, Бутурлина и Мамонова - в Лефортове, у Мусина-Пушкина - на Разгуляе. Особенно был известен Апраксинский театр на Знаменке. Здесь играли все знаменитости, посещавшие Москву, давалась итальянская опера.

    Москва всегда отличалась гостеприимством.

    У смотрителя третьего казенного винного склада на Девичьем поле Музыченко собирались обыкновенно по субботам. Здесь можно было встретить массу праздношатающегося люда. Привратник казенного здания по виду определял гостей хозяина, и потому никогда не останавливал проходящую мимо него публику. Квартира Музыченко не знала никаких замков. Приходил, кто хотел и когда хотел. В столовой всегда стояла седека с гарниром, хлеб, масло, салат, колбаса и неизбежная сороковка «под белой головкой». Если хозяев не было дома, то красовалась записка: «Кто хочет чаю - самовар на кухне. Уголь - в печурке под плитой. В духовке есть гречневая. Только закрывайте печурку, чтобы дух не вышел».

    Как-то даже не верится, что все это было в теперешней суматошной, многомиллионной Москве, изгаженной изысканно-безобразной застройкой последних десятилетий, задыхающейся от пробок и криминала. Но, что было, то было.
    1. Ответ
      Ответ дан MaxPisar
      Спасибо большое, а есть информация про Европу?

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы добавить ответ или свой вопрос на сайт


Другие вопросы
Шалаш
Другие предметы - 1 год назад

Пытался написать сочинение по егэ по русскому не могу понять как,написать хотелось бы пример увидеть по этому тексту. (1)в солнечный день я приехал в старинный посёлок гусь-железный полюбоваться на озеро, искупаться, поплавать в нём. (2)доехал до речки, поднялся на бугор, глянул и... (3)о ужас! (4)нет озера. (5)по широкой впадине, окаймлённой дальней опушкой бывшего прибрежного леса, текла, извиваясь, узкая, местами пересыхающая речушка. (6)и старинной плотины, высокой, кирпичной, с чугунными шлюзами, в тёмных казематах которой, по преданию, разбойная братия чеканила фальшивые деньги, тоже не было. (7)шлюзы, регулировавшие сток, убрали, засыпали – и затянуло озеро тиной да ряской. (8)на месте этом проходила теперь обыкновенная дорожная насыпь; дорога делала крутой поворот, огибала белый двухэтажный барский дом, похожий на длинную казарму, заломанный чахлый парк и снова вырывалась на простор. (9)главный врач детского санатория, размещённого в барском доме, показал мне давние фотографии этого исчезнувшего озера, высокой кирпичной плотины, торговых рядов с доисторическими портиками, он водил по внутренним покоям огромного дома, заново перегороженного, приспособленного для иных надобностей. (10)переделка и ремонт когда-то выполнены были наспех: половицы скрипят и хлябают под ногами, двери перекошены, в оконные рамы задувает свежий ветерок. – (11)сохранилась хоть одна комната от давнего времени? – спросил я. – (12)с полами, дверями и окнами? – (13)полы, двери и прочее – всё порастащили. (14)а вот стены и потолок сохранились в одном месте. (15)идёмте, покажу. (16)он ввёл меня в зал, кажется, в теперешнюю столовую, с белыми строгими пилястрами, с лепным потолком. – (17)полы здесь были, говорят, из наборного паркета, двери из орехового дерева с бронзовой инкрустацией, люстра позолоченная висела. – (18)жалко, – говорю, – что не сохранилось всё это. – (19)о чём жалеть? (20)архитектурной ценности этот дом не имеет, – сказал доктор. (21)я взглянул на него с удивлением. (22)не шутит ли? (23)нет, смотрит прямо в глаза, даже с каким-то вызовом. (24)задиристый хохолок на лысеющем лбу топорщится, как петушиный гребешок. – (25)как не имеет ценности? – говорю. – (26)это ж дом! (27)большой, крепкий, красивый, полный когда-то дорогого убранства. – (28)барские покои, и больше ничего. (29)таких в россии тысячи. – (30)так ведь и народу нашему пригодились бы такие покои. – (31)людям нашим нужны другие ценности. (32)вы ещё храм пожалейте. (33)теперь это модно. – (34)а что, не жаль храма? – (35)и храм цены не имеет. (36)архитектура путаная. (37)специалисты приезжали, говорят – эклектика. (38)потом, правда, всё-таки восстановили храм этот. – (39)и парка не жаль? – (40)парк – природа, и больше ничего. (41)в одном месте убавилось, в другом прибавилось. (42)в любую минуту его насадить можно. (43)мы стояли возле окна, внизу под нами раскинулся обширный посёлок. – (44)смотрите, – говорю, – сколько домов. (45)приличные дома, большинство новых. – (46)здесь живёт в основном торговый люд, кто чем торгует, работы хватает. – (47)вот и хорошо, – говорю. – (48)увеличился посёлок за полвека? – (49)увеличился. – (50)а теперь подумайте вот о чём: раньше, ну хоть ещё в тридцатые годы, здесь меньше жило народу, но успевали не только свои рабочие дела делать. (51)ещё и плотину чинили, озеро в берегах держали и парк обихаживали. (52)а теперь что ж, времени на это не хватает или желания нет? – (53)а это, – говорит, – знакомый мотив. (54)это всё ваше писательское ворчание. (55)что озеро спустили – это вы заметили. (56)что над каждой крышей телевизионная тарелка поставлена – этого вы не замечаете. (57)спорить с ним трудно, почти невозможно: доводы ваши он не слушает, только глаза навострит, тряхнёт головой и чешет без запинки, как будто доклад читает… – (58)есть писатели-патриоты. (59)их книги читают, фильмы по книжкам их смотрят наравне с футболом и хоккеем, потому что яркие, незабываемые образы. (60)а есть писатели-ворчуны, которые всем недовольны. (61)и всё им что-то надо. (62)вот одного такого лечили, а он нас же, медиков, опозорил в своём последнем сочинении. (63)за что, спрашивается? (64)да, не раз вспомянешь в дальней дороге бессмертного писателя земли русской николая васильевича гоголя: «россия такая уж страна – стоит высмеять одного околоточного надзирателя, как вся полиция обидится».