profile

Опубликовано 6 лет назад по предмету Английский язык от Швейк3

переклад текста
Old Folks’ Christmas


Ring Lardner


Tom and Grace Carter sat in their living-room on Christmas Eve, sometimes talking, sometimes pretending to read and all the time thinking things they didn’t want to think.
Their two children, Junior, aged nineteen, and Grace, two years younger, had come home that day from their schools for the Christmas vacation.
Junior was in his first year at the university and Grace attending a boarding-school that would fit her for college.
I won’t call them Grace and Junior any more, though that is the way they had been christened.
Junior had changed his name to Ted and Grace was now Caroline, and thus they insisted on being addressed, even by their parents.
This was one of the things Tom and Grace the elder were thinking of as they sat in their living-room Christmas Eve.
Other university freshmen who had lived here had returned on the twenty-first, the day when the vacation was supposed to begin.
Ted had telegraphed that he would be three days late owing to a special examination which, if he passed it, would lighten the terrific burden of the next term.
He had arrived at home looking so pale, heavy-eyed and shaky that his mother doubted the wisdom of the concentrated mental effort, while his father secretly hoped the stuff had been non-poisonous and would not have lasting effects.
Caroline, too, had been behind schedule, explaining that her laundry had gone astray and she had not dared trust others to trace it for her.
Grace and Tom had attempted, with fair success, to conceal their disappointment over this delayed home-coming and had continued with their preparations for a Christmas that would thrill their children and consequently themselves.
They had bought an imposing lot of presents, costing twice or three times as much as had been Tom’s father’s annual income when Tom was Ted’s age, or Tom’s own income a year ago, before General Motors’ acceptance of his new weather-proof paint had enabled him to buy this suburban home and luxuries such as his own parents and Grace’s had never dreamed of, and to give Ted and Caroline advantages that he and Grace had perforce gone without.

Behind the closed door of the music-room was the elaborately decked tree.
The piano and piano bench and the floor around the tree were covered with beribboned packages of all sizes, shapes and weights, one of them addressed to Tom, another to Grace, a few to the servants and the rest to Ted and Caroline.
A huge box contained a sealskin coat for Caroline, a coat that had cost as much as the Carters had formerly paid a year for rent.
Even more expensive was a “set” of jewelry consisting of an opal brooch, a bracelet of opals and gold filigree, and an opal ring surrounded by diamonds.

Grace always had preferred opals to any other stone, but now that she could afford them, some inhibition prevented her from buying them for herself;
she could enjoy them much more adorning her pretty daughter.
There were boxes of silk stockings, lingerie, gloves and handkerchiefs.
And for Ted, a three-hundred dollar watch, a de-luxe edition of Balzac, an expensive bag of shiny, new steel-shafted golf-clubs and the last word in portable phonographs.
But the big surprise for the boy was locked in the garage, a black Gorham sedan, a model more up to date and better-looking than Tom’s own year-old car that stood beside it.

  1. Ответ
    Ответ дан ЗефирныйМайнкрафтер
    Рождество у стариков Том и Грэйс Картеры сидели в своей гостиной в канун Рождества, временами беседуя, временами притворяясь читающими, и всё время думая о вещах, о которых они не хотели думать. Двое их детей, девятнадцатилетний Джуниор и Грэйс, двумя годами младше, прибыли в этот день из своих школ домой на Рождественские каникулы. Джуниор был в университете первый год, а Грэйс посещала пансион, который должен был подготовить её к колледжу. Я больше не хочу называть их Грэйс и Джуниором, хотя так они были окрещены. Джуниор сменил себе имя на Тэд, а Грэйс стала Кэролайн и, таким образом, они настаивали на таком обращении даже родителям. Это была одна из вещей, о которых думали взрослые Том и Грэйс, сидя в своей гостиной в канун Рождества. Другой первокурсник университета, проживающий здесь, вернулся двадцать первого числа, в день, когда должны начаться каникулы. Тэд сообщил по телеграфу, что прибудет на три дня позже, вследствие специальных экзаменов, которые, если он их сдаст, облегчат ужасную нагрузку в следующем семестре. Он вернулся домой и выглядел таким бледным, шатким, с тяжёлым уставшим взглядом, что его мать засомневалась в мудрости концентрированного интеллектуального напряжения, пока отец, в свою очередь, втайне надеялся, что материал был неядовитым и это явление будет иметь непродолжительный характер. Кэролайн тоже отстала от графика, объясняя это тем, что её прачечная ушла, и она не отважилась доверить Грэйс и Том с успехом попытались скрыть своё разочарование по поводу этого опоздания прибытия домой и продолжали свои приготовления на Рождество, которые увлекли бы их детей и, следовательно, их самих. Они купили внушительное количество подарков, стоящих в два или в три раза дороже годового дохода отца Тома, когда сам Том был в таком возрасте как Тэд, или собственный доход Тома год назад, перед тем, как в «Дженерал Моторз» 1 запатентовали его новую погодоустойчивую краску, что и дало ему возможность приобрести этот роскошной загородный дом, такой, о котором его родители и Грэйс и не мечтали, и дали Тэду и Грэйс преимущества, без которых За запертой дверью музыкальной комнаты находилась Рождественская ель. Фортепиано и скамья для него, а также пол вокруг ёлки были покрыты разнообразными упаковками всех размеров, форм и веса, одна из них была адресована Тому, другая – Грэйс, несколько – слугам, а остальные – Тэду и Кэролайн. В огромной коробке находилось кожаное пальто для Кэролайн, пальто, стоившее столько, сколько Картэры платили годовой налог. Ещё дороже был набор украшений, состоящий из опаловой броши, браслета из опалов и золотой филиграни, а также опаловое кольцо, окружённое бриллиантами. Грэйс всегда предпочитала опал другим драгоценным камням, и сейчас она могла позволить купить его не себе, а насладиться им на своей обожаемой милой дочери. Там были коробки с шёлковыми чулками, дорогим шикарным бельём, перчатками и носовыми платками. А для Тэда – трёхсотдолларовые наручные часы, издание de-luxeБальзака, дорогая сумка и последняя модель портативного проигрывателя.
    1. Ответ
      Ответ дан ЗефирныйМайнкрафтер
      Полный текст здеся:)
    2. Ответ
      Ответ дан ЗефирныйМайнкрафтер
      http://translateofliterature.jimdo.com/translate-of-imaginative-literature

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы добавить ответ или свой вопрос на сайт


Другие вопросы
Шалаш
Другие предметы - 1 год назад

Пытался написать сочинение по егэ по русскому не могу понять как,написать хотелось бы пример увидеть по этому тексту. (1)в солнечный день я приехал в старинный посёлок гусь-железный полюбоваться на озеро, искупаться, поплавать в нём. (2)доехал до речки, поднялся на бугор, глянул и... (3)о ужас! (4)нет озера. (5)по широкой впадине, окаймлённой дальней опушкой бывшего прибрежного леса, текла, извиваясь, узкая, местами пересыхающая речушка. (6)и старинной плотины, высокой, кирпичной, с чугунными шлюзами, в тёмных казематах которой, по преданию, разбойная братия чеканила фальшивые деньги, тоже не было. (7)шлюзы, регулировавшие сток, убрали, засыпали – и затянуло озеро тиной да ряской. (8)на месте этом проходила теперь обыкновенная дорожная насыпь; дорога делала крутой поворот, огибала белый двухэтажный барский дом, похожий на длинную казарму, заломанный чахлый парк и снова вырывалась на простор. (9)главный врач детского санатория, размещённого в барском доме, показал мне давние фотографии этого исчезнувшего озера, высокой кирпичной плотины, торговых рядов с доисторическими портиками, он водил по внутренним покоям огромного дома, заново перегороженного, приспособленного для иных надобностей. (10)переделка и ремонт когда-то выполнены были наспех: половицы скрипят и хлябают под ногами, двери перекошены, в оконные рамы задувает свежий ветерок. – (11)сохранилась хоть одна комната от давнего времени? – спросил я. – (12)с полами, дверями и окнами? – (13)полы, двери и прочее – всё порастащили. (14)а вот стены и потолок сохранились в одном месте. (15)идёмте, покажу. (16)он ввёл меня в зал, кажется, в теперешнюю столовую, с белыми строгими пилястрами, с лепным потолком. – (17)полы здесь были, говорят, из наборного паркета, двери из орехового дерева с бронзовой инкрустацией, люстра позолоченная висела. – (18)жалко, – говорю, – что не сохранилось всё это. – (19)о чём жалеть? (20)архитектурной ценности этот дом не имеет, – сказал доктор. (21)я взглянул на него с удивлением. (22)не шутит ли? (23)нет, смотрит прямо в глаза, даже с каким-то вызовом. (24)задиристый хохолок на лысеющем лбу топорщится, как петушиный гребешок. – (25)как не имеет ценности? – говорю. – (26)это ж дом! (27)большой, крепкий, красивый, полный когда-то дорогого убранства. – (28)барские покои, и больше ничего. (29)таких в россии тысячи. – (30)так ведь и народу нашему пригодились бы такие покои. – (31)людям нашим нужны другие ценности. (32)вы ещё храм пожалейте. (33)теперь это модно. – (34)а что, не жаль храма? – (35)и храм цены не имеет. (36)архитектура путаная. (37)специалисты приезжали, говорят – эклектика. (38)потом, правда, всё-таки восстановили храм этот. – (39)и парка не жаль? – (40)парк – природа, и больше ничего. (41)в одном месте убавилось, в другом прибавилось. (42)в любую минуту его насадить можно. (43)мы стояли возле окна, внизу под нами раскинулся обширный посёлок. – (44)смотрите, – говорю, – сколько домов. (45)приличные дома, большинство новых. – (46)здесь живёт в основном торговый люд, кто чем торгует, работы хватает. – (47)вот и хорошо, – говорю. – (48)увеличился посёлок за полвека? – (49)увеличился. – (50)а теперь подумайте вот о чём: раньше, ну хоть ещё в тридцатые годы, здесь меньше жило народу, но успевали не только свои рабочие дела делать. (51)ещё и плотину чинили, озеро в берегах держали и парк обихаживали. (52)а теперь что ж, времени на это не хватает или желания нет? – (53)а это, – говорит, – знакомый мотив. (54)это всё ваше писательское ворчание. (55)что озеро спустили – это вы заметили. (56)что над каждой крышей телевизионная тарелка поставлена – этого вы не замечаете. (57)спорить с ним трудно, почти невозможно: доводы ваши он не слушает, только глаза навострит, тряхнёт головой и чешет без запинки, как будто доклад читает… – (58)есть писатели-патриоты. (59)их книги читают, фильмы по книжкам их смотрят наравне с футболом и хоккеем, потому что яркие, незабываемые образы. (60)а есть писатели-ворчуны, которые всем недовольны. (61)и всё им что-то надо. (62)вот одного такого лечили, а он нас же, медиков, опозорил в своём последнем сочинении. (63)за что, спрашивается? (64)да, не раз вспомянешь в дальней дороге бессмертного писателя земли русской николая васильевича гоголя: «россия такая уж страна – стоит высмеять одного околоточного надзирателя, как вся полиция обидится».